Гламурный гений блогосферы (komen_dant) wrote,
Гламурный гений блогосферы
komen_dant

ПРО Вахту Памяти 2016



Есть станция неброская Погостье
Вдоль насыпи березок чахлых строй
Вот прямо здесь,с отчаянием и злостью,
Погибшие отряды рвались в бой!


В этом году вновь отчего-то затягивал написание это поста. Понимал что надо, что не избежать, но тянул и тянул, в общем дотянул…)

На первые майские праздники уже традиционно ездил на Вахту. Стояли в известном для многих (но новом для меня) месте под названием «звезда Мерседес» что в районе Погостья.
В общем, благодаря чтению исторической литературы и многочисленным рассказам «коллег по лопате» давно сложилось стойкое ощущение крайней гиблости этих мест. Во многом оно оправдалось.

В начале, по традиции небольшая историческая справка.

В период зимы 1941 — весны 1942 годов станция Погостье стала отправной точкой для начала Любанской наступательной операции по прорыву блокады Ленинграда. С плацдарма линии Вороново — Погостье — Жарок войска 54-й армии Ленинградского фронта начали наступательные действия в направлении города Любань с целью соединения с войсками 2-й Ударной армии Волховского фронта и дальнейшего окружения Мгинско-Тосненской группировки немецко-фашистских захватчиков. В районе станции и ж/д переезда наши войска долго и безрезультатно в лобовых атаках пытались взять укрепленные позиции 18-й армии вермахта. Удалось это ценой огромных потерь. Согласно оценкам самих участников тех событий, а также по архивным материалам, на маленьком участке фронта войска Красной Армии за неполных 3 месяца потеряли убитыми и пропавшими без вести (не считая раненых) более 30 тыс. солдат и офицеров. Их не успевали хоронить во время боёв и они так и остались лежать по воронкам, канавам, вдоль и ныне существующей ж/д ветки и насыпи.
Подробная историческая статья.




Первый день, даже при условии очень раннего старта из города прошел больше в хозяйственных хлопотах. В начале, заехали в лагерь экспедиции «Волховский фронт» организованный Российским военно-историческим обществом и Поисковым движением России. Там получили «напрокат» снегоболотоход ГТС, без него соваться в погостьинские болота было бессмысленно.



Оттуда направились в базовый лагерь нашего поискового объединения. Его стоянка в этом году была примерно в том же месте, где мы стояли в позапрошлом году. Только нынче коллеги поднимали самолет Ил-2.







(вот тут подробный альбом подъема и история пилота).

Самолет самолетом, но и верховых бойцов по болотам в тех местах еще хватает, как и разнообразного железа. Пусть с каждым годом найти то, что 70 лет назад было оружием все менее реально.




Богат еще лес местами железом.


Снайперы сами по себе не так часто попадаются, а тут еще и редкий ранний прицел ПЕ.


Зачем везти в лес окорочка, если можно взять ссобой живую курицу?))







Затем наш путь лежал непосредственно к району наших поисков. Вот тут-то и довелось порадоваться прокатному транспортному средству. ГТС по разбитым и затопленным дорогам плыла как океанский лайнер по большой воде. Плыла и параллельно вытаскивала из грязи тонущие пузотерки и джипы (сколько тросов порвали – уже сбился). Иной раз за тягачем тянулась кавалькада из двух-трех грустных и грязных машин. Печально, но дорога от дома заняла в этот раз большую часть дня.



Несмотря на то, что наш лагерь в целом был отстроен камерадами заехавшими раньше, еще изрядный кусок дня ушел на налаживание личного быта. Не хотелось в следующие дни отвлекаться на бытовуху.

Ближе к сумеркам, сверившись с историей боев в тех местах, решил прогуляться со щупом и лопатой. В лесу было удивительно тихо и непривычно. За последние несколько лет слишком уж привык, что на майских праздниках в лесах не протолкнуться: тучи копарей, армады охотников, толпы туристов. В ином месте Кировского района ощущение, что ты не в лесу, а на Невском проспекте – настолько оживленное движение, и настолько шумно.



Лес был странен еще и тем, что он был пуст не только от людей, но и от верхового битого железа. Обычно, на местах ожесточенных (и тем более позиционных) боев Ленфронта, несмотря на все усилия пионеров, наверху лежит еще масса ни кому не нужного шмурдяка. Тут же, за пару часов беготни по явным позициям (читались заплывшие ячейки, утонувшие траншеи и затянутые блиндажи) ничего не нарушало естественности леса. Не было гнилых дисков от ППШ, побитых в решето советских касок СШ-40, раскуроченных дисковых магазинов к ручным пулеметам ДП и раскатанных в блин коробов для максовских лент или лотков для минометных мин. Даже больших осколков не было. Создавалось обманчивое ощущение девственности природы, не нарушенной техногенным «боевняком» (*общность боевого снаряжения и вооружения).
По бойцам так же было глухо. Прокалывание щупом и многочисленное шурфление подозрительных мест не принесло своих плодов. Хорошо еще комары к этому моменту не начали лютовать, а то втройне было бы обидно.



В сумерках вернулся в лагерь, было грустно, но верилось в лучшее.
На следующий день с утра удача улыбнулась. Коллеги в одном из блиндажей зацепили кости, стали совместно выбирать.



Тут стало понятно, что фотографий (тем более нормальных) в этот раз будет мало-мало. И дело не столько в процессе поиска, а в окружающей действительности – с этого момента во все ямы за бойцами приходилось нырять чуть ли не с головой. Так что, для того что бы сделать фотографию приходилось снимать половину снаряжения и долго оттираться от грязи. И чем дальше, тем реже хотелось это делать, что бы не прерывать процесс.







Черпали-черпали яму, таскали жижу полдня, нырял за утопленными болотниками несколько раз…. В общем, результатами стали останки трех безымянных бойцов. Раздеты они были полностью, и только мелкая фурнитура давала понять, что это красноармейцы.







После обеда было решено сменить район поиска. Сказано – сделано. Оседлали ГТСку большой компанией и покатили, точнее поплыли, по затопленным дорогам, в район просеки ЛЭП, которая в 42 году была ареной ожесточенных боев.



Эх, какие глубокие впечатления, все же, можно получить при поездке по весеннему заболоченному лесу! В голове так и не укладывалось как здесь можно воевать, когда стоит такой уровень воды, а для того что бы найти место посуше надо изрядно потыкаться. Но наших дедов этот факт не смущал. Воистину, простое пребывание в этих местах под огнем – уже подвиг.





ЛЭП поначалу тоже разочаровала. Долго прыгали по кочкам, таскали из воды всякое дрянное железо и куски разбитой бронетехники. Одних только триплексов выудили три штуки.




Танковые триплексы.


Подозревали, что здесь разобрался бронеавтомобиль БА-10.





И, как всегда это бывает, главная находка произошла уже в момент сворачивания. Один из участников «экспедиции под ЛЭП» нашел верховые останки. Пошел помогать ему. Работу пытались вести археологическим методом, постепенно расчищая слой грунта, но на глубине 5-7 см от поверхности уже начиналась вода. Её постоянно отчерпывали, только эффект был кратковременный.



Перед нами лежала нижняя часть бойца. Особенный трепет вызвала ложка, которая стала виднеться в районе голени. Сердце замерло в ожидании,… но чуда не случилось, ложка была без подписи. Солнце садилось за ближайший лес, да и вода в раскопе постоянно пребывала. Было решено пометить раскоп и вернуться сюда позже, как станет суше.





Следующий день был самым ударным.

С утра собрались в очередную мини-экспедицию. По осени ребята наткнулись на санитарное захоронение, из которого до снега подняли порядка трех десятков бойцов РККА, рядом с ней нашли еще небольшую могилу сброшенных немцев. В этот день предстоял очередной выезд на откачивание ямы, в которой еще точно оставались не поднятые защитники Родины.


Эх,качнем!



Первое приключение началось еще на пути к цели – за полкилометра до места дорога была перерыта свежей широкой канавой. Пришлось навьючить на себя помпу, шланги и весь инструмент, и тащить его до места.
Пришли, все тот же мокрый, болотный лес. Вот она ничем не приметная яма, коих на местах боев тысячи. После откачивания большей части воды, все смело попрыгали во вкусную гычу.



Останки оккпантов, раздели их еще наши предки в далеком 42ом




Элеметенты немецкой фурнитуры и снаряжения.


Арийская прическа и кусок шейного тока.

Копать было тяжело. Не только потому, что каждые 7-10 минут надо было вновь откачивать воду. Не только потому, что если ты не переступал с ноги на ногу пару минут, то через некоторое время твоим товарищам приходилось нырять за твоими болотными сапогами (лично вытащил 3 пары сапог и два полукомбинезона). Не только потому, что грунт был настолько жидкий, что проще было вытаскивать его на бруствер руками. И даже не тот факт печалил, что бойцов проще было искать и вытаскивать из болота на ощупь. По отдельности все эти факторы были вполне терпимы, но вместе, да еще и вкупе с холодной водой создавали несколько гнетущую обстановку.










К середине дня вернулся командир экспедиции, бродивший в округе в поисках верховых бойцов, и предложил составить ему компанию, ибо он нашел еще останки.


Так все начиналось в новом месте.

Отошли втроем метров на 70 от ямы, в которую народ продолжал нырять. Вот она мелкая ложбинка, в которой щуп ткнулся на кость. Разметили территорию, сняли дерн, забили отливной шурф и начали аккуратно очищать часть нижней конечности. И вновь, чистили-чистили, но что-то эффекта не было, больше одной кости и нескольких раздробленных мелких ничего не появлялось. Вновь стала повторяться ситуация, когда отчерпывать раскоп уже не хватало скорости – вода усиленно стремилась затопить все, что мы нашли. Решили забрать то, что есть, и вернуться к основной команде. Вынули из раскопа кости, пощупали вокруг, и, #внезапно, поперло. За одной костью показалась вторая, за ней третья четвертая и так далее.


Один из девяти. Безымянный.

Бросил все стал расширять шурф. Стало ясно, что это очередное санитарное захоронение, по середине которого выросла огромная береза. Сейчас уже не очень понятно, что случилось. То ли бойцы были сильно посечены и фрагментированы, то ли их растащили корни деревьев, то ли почва перемещалась, но останки лежали хаотично, и понять в воде что принадлежит кому не очень получалось.


Фото, конечно, дрянь. Но хотелось хоть как-то проиллюстрировать то, как останки уходят в глубь раскопа.

За три часа постоянной борьбы с оползнями, липким грунтом и водой лично мне удалось достать шестерых, еще троих поднял товарищ. Затем на лес начала опускаться темнота, и пришлось свернуть работу. Ничего коллеги вернутся и поднимут всех, кто там остался.


К концу дня маленькая ямка в начале стала выглядеть так.

За день из первой ямы было извлечено около 12 человек (может больше может меньше, сейчас уже точно и не вспомню).
В общем, в тот вечер чувствовал себя крайне удовлетворенным, и даже немного гордым).

В последний день ошеломляющих успехов не было. Кому-то повезло по мелкому хламу, а кто-то поймал в лесу зайца.)))

Все найденные бойцы были похоронены 8 мая на мемориале в Новой Малуксе.
Останки немцев переданы Народному союзу Германии.


Немного карточек вразнобой.


Эхо войны до сих пор напомиает, что лес отнюдь не мирный.


Где котелок - там и боец.


Мусор войны.


Немецкий знак за ранение II степени


Что мы все о жести, вот вам зайчик, участник программы "привези живность из леса в свой дом".














Tags: коп
Subscribe

Posts from This Journal “коп” Tag

  • ПРО Невский пятачок

    Мы тут во всю готовимся к проведению военно-исторического фестиваля на Невском пятачке, по боям 41 года, с высадкой десанта. Вот идешь ты по…

  • ПРО Вахту Памяти 2015

    Выпьем за тех, кто командовал ротами, Кто умирал на снегу, Кто в Ленинград пробивался болотами, Горло ломая врагу. Волховская…

  • ПРО историю одной случайной находки

    На днях наткнулся у своего товарища на одну историю, которой хочу поделиться с вами. Стилистика и орфография автора. В 2006 году, если не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments